В 2020 году администрация школы № 7 города Самары предложила подписать заявления на изучение русского языка как родного детям многодетной мамы Гульназ Хасаншиной. После принятия нового федерального закона в 2018 году детям стало намного сложнее изучать нерусские родные языки в школах: для этого теперь необходимо специальное заявление родителей, а в качестве родного зачастую предлагают изучать русский.
Однако Гульназ, твердо намеренная дать своим детям возможность изучать родной татарский, обратилась к родителям — так набралось тридцать учени:ц, желающих изучать татарский. Сначала она выступила в «Доме дружбы народов», где рассказала о проблеме и нашла поддержку общественни:ц. Затем, объединившись с общественной организацией Самарская региональная творческая общественная организация «Дуслык». Среди целей организации: содействие развитию культуры татарского народа, создание условий для сохранения татарского языка и другие., Гульназ обратилась к директору школы. Руководство пошло навстречу, и вскоре запустило в самарской школе № 7 факультатив по татарскому языку с перспективой его включения в основную программу. Найти квалифицированн:ую учитель:ницу татарского и учебники, входящие в государственный перечень одобренных учебных материалов, было не просто. Но изучение языка, даже факультативное, вне Республики Татарстан — это уже большая победа в сегодняшних условиях. Реализация языковых прав в России может требовать особого упорства, особенно если ваш язык не обладает официальным статусом в регионе проживания, как в истории Гульназ.
Сфера языка в России остается одной из немногих, где люди все еще могут в рамках закона проявлять гражданскую позицию и отстаивать свои права. Некоторые регионы открыто сопротивляются языковым политикам, навязанным Москвой, борясь за остатки былого суверенитета. Государство же принимает законы, ухудшающие положение многих языков, сокращает возможности для их изучения в школах, смещает фокус на «защиту» русского языка вместо сохранения действительно уязвимых и исчезающих языков. Мы составили подробную хронологию законодательных изменений в языковой сфере с 2002-го по 2025 год — прочитать её можно здесь.
Статусы: государствообразующий и Другие
Великий, могучий, хрупкий
Языки в России делятся по легальному статусу, от которого зависит, какими языковыми правами фактически обладают его носители. Наивысшим статусом обладает русский язык: еще при образовании Российской Федерации его признали государственным на всей территории страны согласно статье 68 Конституции. В 2020 году в Конституцию внесли поправки, согласно которым русский язык стал не только «государственн[ым] язык[ом] Российской Федерации на всей ее территории», но и «язык[ом] государствообразующего народа, входящего в многонациональный союз равноправных народов Российской Федерации». В формулировку заложено противоречие: если народы действительно равноправны, как среди них может быть лишь один государствообразующий? Несмотря на это, поправку лично зачитал и одобрил Владимир Путин на встрече рабочей группы по подготовке изменений Конституции.
В ответ на опасения спикера Госсовета Республики Татарстан Фарида Мухаметшина о том, что поправка приведет к языковой дискриминации, Путин подчеркнул, что одновременно с ней в Конституцию будет добавлен и пункт о сохранении «этнокультурного и языкового многообразия».
Один из членов рабочей группы, декан юрфака Санкт-Петербургский государственный университет. и директор НИИ проблем государственного языка Сергей Белов, дал татарстанскому интернет-изданию «Бизнес Online» комментарий к поправке в 68-ю статью:
«Предлагаемая формулировка подчеркивает, что русский — это не просто язык межнационального общения. Декларируется особое положение русской нации в многонациональном народе РФ. Если в таком виде поправки будут приняты, то это закрепит за русским языком статус основного в нашей стране».
Принятые в 2025 году новые «Основы государственной языковой политики» делают акцент именно на развитии, распространении и «защите» русского языка. Анонимная лингвистка, исследовательница языковой политики в России, комментирует для Беды:
«Языки, которые используют во всех сферах [жизни], в Источник: Датабаза Ethnologue. URL: https://www.ethnologue.com/insights/classifying-language-status/ называются «институциональными». Конечно, русскому языку, как институциональному, международному языку с устойчивой межпоколенческой передачей, не нужны специальные меры поддержки. При этом в «Основах государственной языковой политики» русский язык и другие языки РФ описываются на равных».
Последние десятилетия русским в России владеет 99% населения. В то же время число людей, которые владеют языками коренных народов России, катастрофически снижается. Согласно Всероссийской переписи населения, с 2002 по 2020 год количество людей, владеющих всеми государственными языками республик, снизилось на почти 5 миллионов человек или 29%, в то время как владение русским языком упало на 6%, как и Под общим размером выборки подразумевается количество людей, указавших владение языками во Всероссийской переписи., который тоже сократился на 6%. Согласно UNESCO Atlas of the World’s Languages in Danger, www.unesco.org. за 2010 год, более ста языков в России находятся под риском исчезновения, в серьезной опасности исчезновения и в критическом состоянии.
Тем не менее, в новых «Основах государственной языковой политики» первыми перечислены задачи по сохранению и развитию русского языка — им посвящены 15 пунктов. Лишь затем следуют задачи по сохранению и развитию всех остальных языков «народов России», на которые отведено всего семь пунктов. Еще 11 пунктов касаются «обеспечения условий для продвижения и укрепления позиций русского языка в мире». Из 33 задач государственной языковой политики 26 касаются сохранения, развития и продвижения исключительно русского языка.
25 ноября 2025 года Путин утвердил Стратегию государственной национальной политики до 2036 года. В этом документе заметно, как фокус с защиты уязвимых языков и культур сместился на еще большую популяризацию русского языка и культуры. Например, по сравнению с предыдущей версией, из ожидаемых результатов исчезли пункты «г) обеспечение условий для сохранения, изучения и развития языков народов Российской Федерации» и «д) обеспечение поддержки коренных малочисленных народов Российской Федерации [...]». А вот пункт «в) укрепление статуса русского языка как государственного языка Российской Федерации, языка межнационального общения и одного из официальных языков международных организаций» расширили: теперь стоит цель еще и укрепить статус русского «как языка государствообразующего народа и родного языка». Чтобы укрепить статус русского языка как родного, властям нужно провести еще большую ассимиляцию, уже не только на уровне владения русским, но и на уровне признания его родным.
Нет статуса — нет поддержки
В ноябре 2025 года в соцсетях завирусилось видео, в котором языковая активистка и основательница онлайн-школы бурятского языка В соцсетях активистки не указана ее фамилия. предлагает чиновницам Министерства образования Иркутской области открыть в Иркутске национальную бурятскую гимназию. На предложение активистки одна из чиновниц отвечает, что создание такой школы «нецелесообразно» и что национальной гимназии в городе быть не может, потому что Иркутская область — не республика.
Без официального статуса языки многих народов не получают почти никакой господдержки, а языковые права их представитель:ниц фактически не соблюдаются. Согласно 68-й статье Конституции России, республики имеют право самостоятельно определять свои государственные языки. Кроме того, любой регион, не только республика, может присвоить языку статус «официального». Например, в Агинском Бурятском округе Забайкальского края бурятский язык — официальный. Однако официальный статус может подразумевать под собой разное: где-то он дает лишь возможность использовать язык в делопроизводстве, где-то гарантирует «государственную защиту» и «заботу о сохранении и развитии», хотя реализация таких гарантий часто оставляет желать лучшего.
Если у языка нет государственного или официального статуса в регионе, то создание национальных гимназий, языковых классов и реализация других языковых прав ложится на плечи энтузиасто:к и активисто:к. Успех их деятельности часто зависит не только от настойчивости и упорства, но и от благосклонности конкретных чиновни:ц и школьных администраций.
Бывают случаи, когда язык коренного народа не может получить статус государственного даже в своей республике. По закону, с 2002 года государственные языки страны могут быть основаны исключительно на кириллическом алфавите. Для Татарстана и Карелии это имело особое значение. В Татарстане в 1999 году приняли закон «О восстановлении татарского алфавита на основе латинской графики», и в республике стали возвращаться к латинскому алфавиту. Новый закон запретил переход на него. А в Республике Карелия для карельского и вепсского языков уже был введен алфавит, основанный на латинице. За советский период карельский язык пережил многочисленные смены официальной письменности, что, по мнению лингвистов[1][2], негативно повлияло на его положение. На круглом столе с представитель:ницами национальных организаций тогдашний председатель Государственного комитета Карелии по национальной политике Евгений Шорохов прокомментировал закон о кириллице так:
«За последние годы в Карелии изданы тысячи книг и учебников на карельском и вепсском языках, появились писатели, пишущие на латинице. Процесс создания полноценной письменности занял больше 15 лет, потребовал серьезных бюджетных затрат. И что теперь, все начинать заново? Мы на это никогда не пойдем. Это приведет к утрате карельской письменности и, как результат, карельской культуры. Графическая основа языка — это не дело государственных органов, в том числе Конституционного суда, а дело ученых и народа, который лучше знает, какой алфавит больше соответствует фонетическим особенностям языка».
К моменту принятия закона карельский и вепсский языки не были государственными в Республике Карелия, однако национальные организации боролись за получение этого важного статуса. Закон о единой графической основе фактически закрыл для них этот путь. При этом с 2002 по 2020 год, количество носителей карельского языка, по Важно отметить, что данные Всероссийской переписи не являются самым точным источником информации о владении языками, и многие лингвисты отмечают, что абсолютные цифры там могут значительно отличаться от реальных. Однако данные переписи все еще могут помочь нам понять общую динамику владения языками. Источник: сайт Росстата. URL: https://rosstat.gov.ru/perepisi_naseleniya, сократилось на 74%: с 53 тысяч человек до 14 тысяч. Владение вепсским языком за тот же период упало на 62%. Ни у одного из языков, обладающих государственным статусом, количество носителей не сократилось настолько катастрофически. Худшая динамика среди них — у горномарийского языка, владение которым сократилось на 58%.
Ногайцы в России не имеют своего территориального образования, проживая в основном в пяти регионах: республиках Дагестан, Карачаево-Черкесия и Чечня, а также в Ставропольском крае и Астраханской области. Ногайский язык обладает государственным статусом в Карачаево-Черкесии и Дагестане. Согласно переписи, худшее положение язык занимает в Ставропольском крае и Астраханской области, в то время как во всех республиках более 90% ногайцев владеют своим языком. Однако общая динамика в стране неутешительная, владеющих своим языком ногайцев становится все меньше: если в 2002 году на ногайском говорило 99% ногайцев, то к 2020 — только 79%.
Даже в республиках меры по поддержке языка остаются недостаточными. А ситуацию в Ставропольском крае и Астраханской области эксперты называют катастрофической. Старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа и региональной безопасности МГИМО МИД России Ахмет Ярлыкапов прокомментировал положение языка изданию «Кавказ.Реалии» так:
«...Долгое время родной язык не преподавался, а восстановленное в 1990-е годы преподавание языка натыкается на многочисленные проблемы, от дефицита учебников до проблем с финансированием. Ведь в Ставропольском крае, где ногайцы — коренной народ, они не имеют такого статуса. А раз нет статуса, то нет и поддержки. Языковая ассимиляция здесь прогрессирует, молодежь переходит на русский язык и не желает уже разговаривать на родном языке».
Смещение фокуса языковой политики от реальных вызовов к «защите» русского языка усложняет борьбу за языковые права. А после того, как в 2024 году многие национальные движения и коренные медиа, в том числе занимающиеся темой сохранения языка, объявили террористическими организациями, эта борьба оказалась в «серой зоне» и стала реально опасна. Хотя власть поддерживает Например, в 2024 году был создан Совет при Президенте по реализации государственной политики в сфере поддержки русского языка и языков народов России, а в 2025 году указом Президента был введен День языков народов России. Кроме того, Федеральное Агентство по Делам Народностей (ФАДН) активно реализует различные медиа-проекты, фестивали национальных культур, форумы. Подобные «косметические» меры идут в разрез с более материальными изменениями языковой политики, описанными в данном тексте, включая отмену обязательного изучения родных языков в школах. заботы о сохранении и развитии языков, она легко приравнивает борьбу за язык к национализму, сепаратизму, «русофобии».
Школа — поле борьбы за язык
2018-й: год, когда родные языки стали необязательными
«Очень многим пришлось переквалифицироваться. Многие переквалифицировались на учителей истории, обществознания. Работают, уж куда деваться. Кому-то оставалось где-то, наверное, пять лет, кому-то еще меньше до пенсии. Вот они переквалифицировались на учителей начальных классов, на то, что больше требовалось. Куда они уйдут-то? Никуда не уйдут. Я вот потом переквалифицировалась на родной русский язык, потому что родители начали писать [заявления] на родной язык, на родной русский. До этого и не думали, что может быть, кроме русского, еще родной русский».
Так описывает положение учитель:ниц родных языков в республике после 2018 года наша респондентка из Татарстана, в прошлом преподавательница татарского в русскоязычной школе.
С 2017 года власти начали перестраивать систему преподавания родных языков в школах. Катализатором этих изменений стало неприметное заявление Владимира Путина 20 июля 2017 года состоялось заседание Совета при Президенте по межнациональным отношениям в Йошкар-Оле. в Йошкар-Оле:
«Хочу напомнить, уважаемые друзья, что русский язык для нас — язык государственный, язык межнационального общения, и его ничем заменить нельзя. Он — естественный духовный каркас всей нашей многонациональной страны. Его знать должен каждый. Языки народов России — это тоже неотъемлемая часть самобытной культуры народов России. Изучать эти языки — гарантированное Конституцией право, право добровольное. Заставлять человека изучать язык, который родным для него не является, так же недопустимо, как и снижать уровень преподавания русского».
К этому времени российская власть уже активно использовала нарратив «защиты русского языка» и «русскоязычного населения»: он служил предлогом для аннексии Крыма и Восточной Украины, а МИД России делал заявления о «наступлении на русский язык» в странах Балтии. Выступление Путина в Йошкар-Оле за бюрократическим языком скрывало такие же обвинения в ущемлении русского и принуждении к изучению неродного языка, но на этот раз в адрес национальных республик.
По итогам выступления Путина в Йошкар-Оле генеральной прокуратуре и Рособрнадзору поручили «провести проверку соблюдения в субъектах Российской Федерации положений законодательства [...], касающихся обеспечения прав граждан Российской Федерации на добровольное изучение родного языка из числа народов Российской Федерации и государственных языков республик [...]». После этого в национальных республиках начались прокурорские проверки.
Самый большой резонанс они вызвали в Татарстане. Директор одной из школ, Павел Шмаков, сообщил, что детей допрашивали без присутствия родителей, прокуроры заходили в интернат, фотографировали личные вещи детей. Впоследствии Шмаков подал в суд на прокуратуру. После судебного заседания его встречали аплодисментами.
Уже в ноябре 2017 года прокурор Татарстана Илдус Нафиков отчитался перед парламентом о 3856 нарушениях закона и 1716 жалобах и обращениях от граждан. В конце речи он отметил: «Должен предостеречь горячие головы от незаконных действий и высказываний экстремистского характера. Они будут решительно и жестко пресечены». Вскоре директоро:к школ стали вызывать на собрания, где им было «предписано начать увольнения учителей татарского».
Среди групп, активно выступавших за отмену обязательного изучения национальных языков и писавших многочисленные жалобы, были такие организации, как «Родительское сообщество РТ», «Общество русской культуры РТ», «Комитет по защите прав учащихся Башкирии», «Сообщество русскоязычных родителей Республики Коми». После выступления Путина в Йошкар-Оле эти группы активизировались и стали лоббировать принятие федерального закона о добровольном изучении национальных языков по всей стране.
В итоге в Татарстане посреди учебного 2017–2018 года отменили обязательное изучение татарского языка, а спустя полгода, в августе 2018-го, вышел и Федеральный закон № 317-ФЗ «О внесении изменений в статьи 11 и 14 Федерального закона „Об образовании в Российской Федерации“», закрепивший это требование для всех регионов. Хотя инициативные группы русскоязычных родителей требовали, чтобы родной язык исключили из обязательной программы, в результате к понятию «родной язык из числа языков народов Российской Федерации» добавили уточнение, что на уроке Родного языка можно изучать и русский, позволяя таким образом всем учени:цам отказаться от изучения других языков. Также появился пункт, разрешающий изучение нерусских родных языков исключительно по письменному заявлению родителей. Так обязательное изучение всех языков, кроме русского и иностранного, отменили по всей стране.
В 2020 году усилиями татарстанских депутато:к и общественни:ц в республике все же ввели новый предмет «Татарский язык как государственный», который позднее утвердили во ФГОС. Но фактически татарский в Татарстане так и не стал обязательным к изучению для всех, мера оказалась половинчатой: предмет ввели только в первом и пятом классах, в первую очередь в русскоязычных школах.
По всей стране стало резко сокращаться число учитель:ниц национальных родных языков. В первый год после принятия закона таких учитель:ниц стало на 1831 человека меньше (–10%, в 2018 году, в сравнении с 2017). Их число продолжает стабильно сокращаться из года в год: за семь лет школьных учитель:ниц родного языка и литературы стало меньше на 3399 человек, или на 19% (к 2024 году, в сравнении с 2017). За этот же период общее количество учитель:ниц практически не изменилось (–1%, в 2024 году, в сравнении с 2017).
О направлении языковой политики можно судить по назначениям на государственные должности в этой области. 22 августа 2024 года Путин своим указом назначил Елену Ямпольскую в Совет при Президенте Российской Федерации по реализации государственной политики в сфере поддержки русского языка и языков народов Российской Федерации. по языковым политикам. Спустя полторы недели в личном Telegram-канале Ямпольская заявила:
«👆Оригинальная пунктуация сохранена..
Противопоставление русского и родного недопустимо, на мой взгляд.
Если русский — не родной, то и Россия — не Родина».
5 ноября 2024 года Путин открыл заседание Совета по реализации госполитики в сфере поддержки русского языка и языков народов России такими словами:
«Поддержка русского как государственного языка Российской Федерации и языков народов России — в числе наших ключевых приоритетов. Сегодня обсудим, какой должна быть эта поддержка с учетом динамичных изменений и в стране, и в мире, что еще необходимо сделать, чтобы сберечь и обеспечить развитие языков всех народов страны и нашего общего — родного для каждого гражданина России — русского языка».
На этом же заседании Искра Космарская, заведующая кафедрой русского языка и теории словесности Московский государственный лингвистический университет., предложила переименовать предмет «Родной язык» во ФГОС.
25 апреля 2024 года Минпросвещения России опубликовало проект приказа о переименовании предмета «Родной язык и (или) государственный язык республики Российской Федерации» в «Язык народа Российской Федерации и (или) государственный язык республики Российской Федерации».
Это изменение пытались ввести в одно время с сокращением числа часов, посвященных изучению родных языков в первых классах школ в 2025 году. В результате возмущения регионов название предмета пересмотрели: остановились на громоздком варианте «Родной язык (язык народа Российской Федерации) и (или) государственный язык республики Российской Федерации», но сокращение часов все же было утверждено. Указ вступил в силу 1 сентября 2025 года.
Редактор «Беды», носитель тувинского языка, опросил трех учитель:ниц тувинского, которые продолжают работать в школах, о нововведениях в языковом законодательстве. Учитель:ницы отметили, что закон 2018 года по-разному повлиял на городские и сельские школы. По их словам, в Кызыле большинство родителей проголосовало за отмену уроков родного языка, но в селах продолжили изучать тувинский с той же интенсивностью, что и русский. После 2018-го многим учитель:ницам тувинского в Кызыле пришлось сменить место работы из-за сокращения тувинских классов. Так случилось с Использован псевдоним в целях безопасности., которая работала в 3-й школе Кызыла, но была вынуждена перейти на другое место работы. Коллег информант:ок тоже сократили, поэтому некоторые преподаватель:ницы уехали в села, а многие сменили деятельность, например, открыли бизнес.
«Мээң улуг хомудалым, мени ам-даа салбайн турар, бир башкывыс эмнелгеде аштакчылай берген. Бүдүн чуртталгазында тыва дыл башкылап келген кижи-дир».
Чинчи
(«Самая грустная ситуация была, когда одна из преподавательниц стала санитаркой в больнице. Она всю жизнь преподавала тувинский».)
Чтобы переквалифицироваться, учитель:ницам было достаточно пройти курсы переподготовки на портале «Инфоурок». Переподготовка работала в несколько потоков, среди которых лишь первый спонсировали республиканские власти. Большинство преподаватель:ниц родных языков — люди старшего возраста, а у молодого поколения нет мотивации идти в преподавание, особенно после последних поправок в законодательстве.
Родительские сообщества Татарстана, выступавшие за отмену обязательного изучения национальных языков, не прекратили активность после принятия закона в 2018 году. Когда некоторые учитель:ницы татарского после вынужденной переквалификации начали преподавать «Родной русский язык», «Родительское сообщество Татарстана — РоСТ» призывало давить на них, считая их недостаточно квалифицированными для обучения детей русскому:
«Не удастся бывшим учителям татарского тихо читать всякую муру на уроках псевдородного русского: каждое занятие будет записано на диктофон, каждая тетрадка отсканирована, а жалоба — написана и отправлена!
[...] Тот учитель татарского, что остался вести родной русский, не зная предмета, сделал свой выбор осознанно. [...] после такого выбора он не достоин зваться учителем. И наличие „корочки“ о пройденных курсах ситуацию не меняет. [...]
После ухода всех этих псевдоучителей школы встанут перед интересным выбором. Либо отдавать часы родного русского языка учителям русского языка [...], либо… принимать учебные планы без родного языка».
Сегодня эти организации продолжают существовать и призывают, среди прочего, сократить часы изучения родного языка. Объём учебного времени по предмету действительно продолжает уменьшаться, несмотря на протесты общественни:ц и некоторых родителей. В 2025-м с началом учебного года согласно новым учебным планам урезали часы, посвященные родным языкам и литературе, для первоклассников, что снова вызвало возмущение в республиках. До этого их сократили в 2022 году: тогда татарстанские общественни:цы обращались к министру просвещения Сергею Кравцову с просьбой сохранить прежние часы и позволить детям сдавать ЕГЭ на родных языках. В тот раз Минпросвещения России ответило, что примерные образовательные программы были составлены в соответствии с санитарными нормами, ограничивающими нагрузку для детей, и что для изучения родных языков можно использовать «дополнительные академические часы». К похожей формулировке обратились для сокращения обучения родным языкам и в 2025 году. Почему нагрузку постоянно снижают именно за счет родного языка и литературы, Минпросвещения не пояснило.
Влияние ЕГЭ и ОГЭ
Использование родных языков в образовании начали ограничивать задолго до 2018 года. По словам информант:ок из Тувы, многие учитель:ницы и родители в республике выступают за сокращение обучения на тувинском, потому что, по их мнению, школьники в республике недостаточно хорошо сдают ЕГЭ и ОГЭ. Они убеждены, что если урезать обучение на тувинском в пользу русского, то средний балл по экзаменам вырастет. Однако для детей, обучавшихся на тувинском и знающих его лучше русского, вероятно, куда полезнее было бы иметь возможность сдавать экзамены по общеобразовательным предметам на родном языке. Такой возможности нет с 2008 года, когда Министерство образования определило, что «государственная (итоговая) аттестация по всем общеобразовательным предметам, [...] (за исключением иностранных языков), проводится Этот приказ уже утратил силу. Действующим является Приказ Минпросвещения РФ № 233, Рособрнадзора № 552 от 04.04.2023, где определено:«10. Экзамены по всем учебным предметам, указанным в пункте 9 Порядка, проводятся в письменной форме [...] и на русском языке (за исключением учебных предметов „Иностранные языки“ (английский, испанский, китайский, немецкий и французский), „Родной язык“ и „Родная литература“)».». В 2009 году Верховный суд подтвердил это решение.
И Использован псевдоним в целях безопасности., и Чечек отметили, что были разочарованы решением молодых родителей-тувинцев, проголосовавших на родительских собраниях за отмену изучения тувинского; успеваемость не выросла, но теперь дети не будут знать свой родной язык и культуру.
Бывшие учени:цы Чинчи часто приезжают к ней и благодарят за то, что она сподвигла их изучать тувинский. Многие ровесни:цы этих учени:ц ощущают себя потерянными — не принятыми в русском обществе из-за расизма, но уже «неспособными / арга чок» говорить на тувинском. Такое самоощущение — «посередине и нигде / ында-даа эвес, мында-даа эвес» — может распространиться среди молодых тувин:ок, предполагают учитель:ницы. «То, на каком языке разговаривают дома, гораздо важнее, чем школьное образование», — к такому выводу пришли информант:ки, ведь именно родители могут стимулировать детей учить тувинский. Чечек предложила вообще не говорить с детьми в семье на русском, потому что они его в любом случае выучат в школе. В комментарии Беде анонимная исследовательница языковой политики предупреждает:
«Когда нарушается межпоколенческая передача языка, и дети уже не осваивают язык в семье, учебники и уроки родного языка оказываются бессмысленны, потому что по определению опираются на методики преподавания языка как родного, а не как иностранного, каким он по сути становится для ребенка».
Связь между нежеланием учить родной язык и государственными экзаменами, ЕГЭ и ОГЭ, отметил и анонимный активист из деревни в Республике Марий Эл:
«Шочмо йылмым кораҥденыт, мутат уке, тиде латшымше ийыште. Кугыжаныш йылме веле кодын. Но и то тушто иктат тунемын огыл. Тушто кажныже шке пашажым ыштылын веле шинчылтын. Кӧ иктаж-мом ыштен тушто, мӧҥгысӧ пашам да монь, весыже телефоным пургедын. Икманаш, йылме урок тыге веле эрталалтын. Эсогыл пич ялыште. Олаште огыл, а тыгай пич ялыште. Тиде катастрофа».
(«Родной язык убрали, безусловно, это было в семнадцатом году. Остался только [марийский как] государственный язык. Но и то там никто не учился. Там все занимались своими делами. Кто чем, домашние задания делали, кто-то в телефоне ковырялся. В общем, вот так проводились уроки марийского. И это в глухой деревне. Не в городе, а в глухой деревне. Это катастрофа».)
Наши собеседни:цы объясняют: преподаватель:ницы позволяли детям не заниматься языком на этих уроках, потому что родные языки считаются ненужными, особенно в селах со смешанным населением. После внедрения единой государственной аттестации (ОГЭ) уже со средней школы все усилия учитель:ниц и учени:ц уходят на подготовку к экзаменам, и родные языки в эту систему явно не вписываются. В Татарстане единый республиканский экзамен по татарскому ЕРЭ (Единый республиканский экзамен) — форма государственной итоговой аттестации по родным языкам и литературе в некоторых республиках России (например, в Татарстане, Республике Саха, Чувашии). в 2023 и 2024 годах сдавали всего семь человек. ЕРЭ может пригодиться для поступления лишь в один вуз страны на две специальности: преподаватель:ницы татарского и татарскую журналистику в Казанском федеральном университете.
Национальные школы
Если сокращение часов родных языков как предмета ещё вызывает общественный резонанс, то полноценное образование на этих языках исчезает почти незаметно. По данным Минпросвещения, в 2024 году детей, получающих образование на родных языках, по всей стране было лишь 173 614, что составляет около 1% от всех школьников. Их в 11 раз меньше, чем тех, кто изучает родной язык только как отдельный предмет. Число таких учени:ц стабильно снижается: с 2016-го по 2024-й оно сократилось на 121 тысячу человек, а их доля среди всех школьников сократилась вдвое. Одновременно снижается и количество языков, на которых ведется преподавание.
В Татарстане, где языковые права соблюдают лучше, чем в других регионах страны, в относительно хорошем положении не только государственный — татарский язык, но и языки других народов республики. Здесь работают школы с преподаванием на чувашском, марийском и удмуртском языках. Но даже татарские школы подвержены негативной тенденции: с 2022-го по 2024 год в республике закрылось 19 школ с татарским языком обучения, из них девять закрылось в 2024 году.
Закрытие школ проливает свет на смежную проблему: депопуляцию сел. Все 19 закрывшихся татарских школ находились в селах, где детей часто попросту не хватает для набора классов. По словам главы Минобрнауки республики Ильсура Хадиуллина, в закрывшихся школах училось меньше десяти детей.
Одна из наших собеседниц, преподавательница марийского в национальной школе в Татарстане, столкнулась с этой проблемой непосредственно: в 2024–2025 учебном году школу с преподаванием на марийском языке, где она работала, закрыли. Теперь детей оттуда возят в Понятие «многонациональная школа» не стоит путать со «школой с полилингвальным обучением». Под многонациональными школами мы подразумеваем школы, где в качестве родного может преподаваться несколько языков. В школе, где теперь преподает респондентка, таких три: русский, татарский и марийский. Школы с полилингвальным обучением — часть образовательного проекта «Адымнар», реализуемого в Татарстане. В рамках этого проекта на территории республики создаются образовательные комплексы и реализуется обучение на русском, татарском и английском языках.. Преподавательница жалуется: теперь дети разговаривают между собой на русском, хотя их могли отправить учиться в деревню с преимущественно мариговорящим населением. Выиграл логистический принцип: полилингвальная школа также находилась на грани закрытия, и ее нужно было заполнить учени:цами.
Национальные школы довольно легко закрываются — из-за недостатка учени:ц, финансирования, учитель:ниц, — а вот открыть национальную школу сегодня, наоборот, очень сложно. Эрзянские активист:ки и родители в 2020 году развернули общественную кампанию для создания эрзянской национальной гимназии в городе Саранске.
Эрзянский поэт и писатель Эрюш Вежай прокомментировал изданию «Идель.Реалии» потребность в национальной эрзянской гимназии так:
«Современная национальная культура не может развиваться на кухне. Ей необходимы талантливые писатели, журналисты, сценаристы, переводчики. Откуда им взяться? Из школ, где эрзянский язык преподают факультативно час в неделю? Для появления таких талантов нужна среда. Такой средой для педагогов и учеников должна стать эрзянская гимназия».
Петр Тултаев, занимавший должность главы городского округа Саранск, отказался поддержать инициативу, обосновав решение тем, что «в школах Саранска, особенно в районах с компактным проживанием «Мордва» — это колониальный и пейоративный экзоним, используемый для обозначения двух разных народов: мокша и эрзя., национальные языки изучают. В садиках изучают культуру народов Мордовии и языки».
Эрзянскую национальную гимназию так и не открыли, а активисто:к стали преследовать по причинам, не связанным с гимназией. Главный старейшина, инязор Сыресь Боляень, гражданин Украины, был внесен в список террористов и экстремистов, а двух старейшин, 91-летнего Нуяня Видяза и 76-летнего Йогань Миньке, в 2025 году приговорили к условным срокам по обвинению в участии в экстремистской организации.
Язык как проводник идеологии «Русского мира» за рубежом
Россия построила разветвленную образовательную систему за рубежом, включая центры русской культуры и русскоязычные школы. На сайте Россотрудничества представлена информация о 87 аффилированных «Русских домах» в 71 стране. Больше всего таких институций находится в Индии, там работает пять «Русских домов», в Казахстане и Беларуси — по четыре. Украинское издание Kyiv Independent отмечает широкий спектр деятельности таких центров, от тематических кинопоказов до проведения «Тотального диктанта» по русскому языку в их стенах. Часто работни:цы «Русских домов» — российские дипломаты, а сами центры работают в тесном сотрудничестве с российскими посольствами и русскими школами внутри страны размещения или инициируют открытие таких школ. У фонда «Русский мир» есть собственные «Русские центры» в 30 странах мира, а кроме этого — специальные «кабинеты русского мира», оборудованные на территории других организаций в 58 странах. Культурно-деловые центры «Дом Москвы» открыты в Ереване и Минске.
85 заграничных школ находятся под прямой юрисдикцией Министерства иностранных дел России. Они работают по стандартам ФГОС в 75 странах мира, включая три школы в Индии, а также по две — в Пакистане, Германии, Франции и Швейцарии. Эти школы активны при российских посольствах и генконсульствах и часто работают на их территории. Обучаться в них могут не только дети российских дипломатов, но и тех, кто попадает в категорию российских соотечественников. Кроме того, существуют сети российских школ, создаваемых в рамках проектов долгосрочного сотрудничества России с другими странами. Russian Schools Abroad объединяет семь русских школ за границей, планируя открытие еще семи до 2030 года. Этот проект — продукт сотрудничества МИД России и Московского государственного института международных отношений в рамках программы «Приоритет-2030». Две школы проекта находятся в Турции, по одной — в Узбекистане, Кыргызстане, на Кипре, в Сербии и Китае. Преподавание в них соответствует двум образовательным стандартам одновременно: ФГОС и местному.
Россия оказывает сильное влияние на языковые практики в странах бывшего Советского союза. Например в Молдове в 250 учебных заведениях ведется обучение на русском языке. Это 20 % всех школ страны. Из них 192 — это школы с обучением только на русском, и 58 — смешанные учреждения с классами как на румынском, так и на русском языках. Кроме того, в 74 школах с обучением на румынском языке преподают русский как иностранный.
В 2003 году в русскоязычных школах Молдовы был введен обязательный предмет Также существуют предметы «История, культура и традиции украинского, гагаузского и болгарского народа», которые изучают в русскоязычных школах с соответствующим этническим большинством (например в Гагаузии или Тараклийском районе, где проживает много болгар). Но таких школ мало, в большинстве русскоязычных школ страны преподают историю, культуру и традиции именно русского народа.Согласно куррикулуму, одобренному Министерством образования Молдовы в 2018 году, этот «предмет призван стать связующим звеном между школьными курсами истории, литературы, языка, гражданского воспитания и других предметов, так как его содержание включает элементы фольклора, музыки, изобразительных искусств, географии в их народоведческом аспекте».. Министерство образования и исследований Республики Молдова утвердило куррикулум для 1-4 классов. Программу, учебники и методические материалы для 5-9 классов разрабатывал Конгресс русских общин Республики Молдова и Русский интеллектуальный центр. С 2011 года Конгресс издает учебники и рекомендации по тематическому планированию курса и передает их учителям русскоязычных школ. Согласно видению Конгресса предмет должен формировать у школьников чувство принадлежности к русской культуре и стремление к сохранению национального самосознания русских в Молдове. «Знакомство с биографиями великих соотечественников, шедеврами русской культуры, героическими событиями истории дает учащимся основание для гордости причастностью к истории и культуре действительно великого народа»[3].
По словам министра образования и исследований Молдовы Дана Перчуна на предмет жаловались украинские беженцы, дети которых были вынуждены его изучать. Им разрешили не посещать уроки. Министр также заметил: «По этой специфической дисциплине — «История и культура русского народа» — министерство сделало большой шаг вперед около двух лет назад, когда впервые ввело куррикулум. До этого предмет практически не регулировался и был наполнен элементами пропаганды и «русским миром» в худшем проявлении».
Однако свои учебники Министерство образования Молдовы так и не издало, а предмет продолжает быть обязательным к изучению.
В ноябре 2025 года Парламент Молдовы расторг соглашение с Россией о создании и функционировании культурных центров, в результате чего в Кишиневе должны закрыть «Русский дом». Однако на сайте организации по-прежнему открыт прием заявок на бесплатное обучение в российских вузах по квоте на 2026-2027 учебный год.
Экспансия российской языковой политики стала интенсивнее после полномасштабного вторжения в Украину в других странах бывшего Советского Союза. Например, российский посол в Армении Сергей Копыркин в интервью фонду «Русский мир», опубликованном в ноябре 2022 года, перечисляет существующие русские школы в Армении: «Школы погрануправления ФСБ России, школа при посольстве, школа погранотряда в городе Мегри не имеют отношения к системе образования Армении». В интервью Копыркин сетует на то, что, хотя армянские школьники и изучают русский язык три часа в неделю, «русских школ в республике нет», несмотря на запрос со стороны родителей. В Армении русский язык в школах — обязательный предмет, в отличие от языков коренных народов внутри России. По словам Копыркина, идя навстречу такому «запросу» «армянской общественности», в Армении планируется построить четыре русских школы.
Такие школы — не новое явление. Украинский литератор Иван Дзюба в своей книге «Интернационализм или русификация?» приводит примеры отчетов российских чиновни:ц о запросах на русскоязычные школы со стороны «местных жител:ьниц» в Украине и Дагестане в царское и советское время, характеризуя их как типичный, веками используемый троп оправдания русской экспансии за пределами России.
Все институции, которые подчиняются МИД России, Россотрудничеству, фонду «Русский мир» и аналогичным организациям транслируют монолитный нарратив о связи «Великой Победы» с «освободительной миссией СВО». В школах празднуют победу в «Великой отечественной войне», готовят для учащихся публикации, организуют тематические экскурсии и так далее. Наряду с этим в школах проводят уроки, посвященные «воссоединению» Крыма и Донбасса с Россией. Например, урок «Разговоры о важном» в школе Гаваны в Республике Куба 17 марта 2025 года был посвящен 11-летию «со дня вхождения Республики Крым и Севастополя в состав Российской Федерации», которое назвали «восстановлением исторической справедливости» и «возвращением в родную семью».
Мотив поддержки «СВО» внутри школ звучит открыто в региональных контекстах стран, где это позволяет политический фон. В холле школы в Антананариву на Мадагаскаре в 2023 году открылась выставка «Герои СВО» о «воинах, получивших звание Героя России во время боевых действий на Украине, об их жизни и подвигах». В школе при посольстве в Египте школьники в честь 80-летия Победы писали письма солдатам и ветеранам. В школах на территории Евросоюза эту тему подают более завуалированно, описывая «русскую нацию» как единоликого победителя нацизма как в годы «Отечественной войны», так и в современности.
«Русские центры» и «дома» организовывают выставки, кинопоказы, встречи, посвященные «СВО» и «освобождению» оккупированных территорий Украины. Согласно репортажу немецкого медиа Klimeniouk, в книжном магазине «Русского дома» в самом центре Берлина в 2024 году можно было купить детский набор для домашнего варения мыла в форме пистолета, танка и гранаты. Tagesschau и Deutsche Welle отмечают систематическую пропагандистскую деятельность «Русского дома» в Берлине в контексте войны против Украины.
В апреле 2025 года в «Русском доме» в Ереване открылась фотовыставка «Донбасс через объектив очевидца». На открытии посол по особым поручениям МИД России Родион Мирошник заявил, что «на Донбассе неспокойно по сей день и мир там наступит только после разгрома нацизма». «Иммерсивные выставки», посвященные «памяти погибших детей Донбасса», прошли в Беларуси, Чили, на Кипре и в Египте на базе локаций Россотрудничества. Лейтмотив «преступлений киевского режима» лежит в основе описания выставок. В Минске открытие проходило совместно с участниками военно-патриотического клуба для детей и подростков «Орлята. Наследники Победы!».
В 2025 году «Юнармия» опубликовала отчет о приуроченном к 80-летию Победы съезде в Астрахани участников юнармейских отрядов, находящихся на территории Армении, Беларуси, Казахстана, Кыргызстана, Анголы, Индии и КНДР, а также в оккупированных российскими силами Приднестровье и Южной Осетии. «Многочисленные юнармейские отряды, базирующиеся за рубежом» сформированы преимущественно из детей российских военных. При этом «Юнармия» имеет свои «штабы» в оккупированном Крыму, в Луганской, Донецкой и Херсонской областях, активно вовлекая украинских детей в свои отряды.
Вместо заключения
Изменения языкового законодательства в России проводят все же с оглядкой на общественную реакцию. Власти убеждены, что национальные вопросы и вопросы языка требуют «деликатности». На том самом выступлении в Йошкар-Оле в 2017 году, после которого начали отменять обязательное изучение нерусских языков, Путин отметил, что «все, что связано с национальной идентичностью, с традициями, — сфера тонкая и очень чувствительная, и действовать здесь следует крайне деликатно и мудро». Конечно, в реальности эти указания были исполнены совсем не деликатно.
При этом в последние годы на фоне непропорциональной мобилизации коренных людей на войну против Украины власти развернули огромную кампанию по репрезентации разных народов на федеральном телевидении, в Youtube-каналах, спонсируемых государством, и на фестивалях национальных культур.
Иногда активист:ки и депутат:ки из республик «отвоевывают» решения в сфере языка: так произошло с введением предмета «Татарский язык как государственный» и с отменой исключения понятия «родной язык» из ФГОС. Однако темп введения законов, направленных на языковую ассимиляцию, ускоряется. Только за 2025 год ввели как минимум три языковых закона, вызвавших недовольство общественности: первый — запрет принимать детей-мигрантов, не сдавших очень сложный экзамен по русскому языку, в школы; второй — закон о замене понятия «родной язык» на «языки народов РФ» (был пересмотрен); третий — закон о сокращении количества часов изучения родных языков в первых классах. В этом же году приняли новые Основы государственной языковой политики, закрепившие «особую роль русского языка», и новую Стратегию национальной политики с аналогичным подходом. Изменений происходит так много, что политики и общественность не успевают на них реагировать. Что-то принимают втихую, что-то обнаруживают только благодаря конкретным депутат:кам, поднявшим шум по поводу ничем не примечательной на первый взгляд строчки в очередном приказе. Активность проявляют далеко не все депутат:ки из республик, многие даже не поддерживают коллег, пытающихся оспорить губительные для языков законодательные изменения.
Без соответствующей законодательной базы языки, стоящие на грани вымирания, вряд ли получится сохранить. Зачастую дискуссии о системных решениях по сохранению языков сводятся к индивидуальной ответственности: активист:кам, критикующим языковое законодательство, предлагают просто «начать с себя», говорить на родном языке с семьей и в повседневной жизни, а не «ждать помощи государства». Те, кто так говорят, перекладывают ответственность за сохранение языков на отдельных людей, игнорируя то, что государство активно и намеренно сокращает возможности для изучения языков по всей стране. Без позитивных изменений в языковом законодательстве активист:ки и общественные движения могут охватить лишь небольшую часть населения, ведь их ресурсы ограничены. Эффективные языковые законы влияют не только на текущую ситуацию, но в первую очередь закладывают фундамент для будущих поколений, которые смогут свободно владеть родным языком и создавать пространство для развития родной культуры. Поэтому необходимы законы, которые действительно защищают и развивают уязвимые языки.
Я желаю, чтобы все народы были вечными, все языки великими, и они должны культивироваться, жить и не умирать.
Альберт Разин